Калининградская региональная организация российского профсоюза моряков

КТО ЗАПЛАТИТ ЗА "КОСЯКИ". Часть 1.

Если моряк решил списаться досрочно, обратный билет за его счет.
Такой стандарт наблюдался ещё до внедрения Сводной Конвенции о труде моряка (MLC-2006), подарившей многонациональному плавсоставу набор минимальных прав (то есть обязательных даже для тех судовладельцев, у которых нет коллективного договора с МФТ).
Эта самая Конвенция предусматривает «право на репатриацию», то есть, не просто разрешение уехать, но и материальное обеспечение желания в конкретно указанных случаях. Кстати, обычно перечисленных в индивидуальном контракте.

Заурядный коллективный договор МФТ этот перечень расширяет. Например, в норвежской проформе у моряка появляется право на досрочное списание в случае болезни какого-нибудь ближайшего родственника. Конечно, случай должен быть надлежащим образом удостоверен, а материальное обеспечение репатриации – по усмотрению компании. Она не обязана покупать билет, если не захочет, зато обязана отпустить без вычетов и удержаний из зарплаты.

А вот в проформе заурядного коллективного договора МФТ для португальского флага (удобного регистра Мадейры), в подобном случае, судовладелец уже обязан обеспечить возвращение моряка за счёт компании.
Короче, от простого к сложному и от скорбного набора MLC – к расширению объёма прав моряка и человека. Интересно, что и обязанности «плавающего работника» также расширяются.

По условиям обычного договора МФТ, в случае «косяка» (перечень приводится в статье 5, нумерация единая для всех типов договоров) моряк списывается за свой счёт. Так прямо и сказано.
Больше того, в таком случае моряка можно привлечь к материальной ответственности за соответствующий ущерб, который последовал вследствие «косяка». Прямо сказано, что в таком случае у компании появляется право возместить свой ущерб за счёт удержания из заработка моряка, о как! Никакого гуманизма или абстракционизма...

Некоторые судовладельцы резервируют за собой право на удержание, создавая этакий  фонд. Вполне легальный, как в компаниях под договором МФТ, где отпускные и пособие на питание в соответствующий период можно выплатить по окончании контракта (в отличие от зарплаты, её-то следует перечислять ежемесячно на счёт моряка).

Или не очень, если представитель судовладельца требует от моряка заранее внести на депозит залоговую сумму. Мол, если всё будет окей, после рейса получишь обратно.

И совсем экзотичный способ внедрили в компании Format Shipping Co, Германия, где от старшего помощника перед вступлением в должность потребовали внести в судовую кассу «штуку» евро. Причем требование пришло по скайпу, в ходе собеседования. А через месяц, по причине досрочного списания, «депозит» благородно вернули. Из того же капитанского шкафчика. Старпом всё равно жаловался, что обули, ну так на валютном курсе же. 

И всё же, обычно компании под договором МФТ правом на возмещение ущерба (включая репатриацию по «косяку») не пользуются. И даже в случае доказанной небрежности со стороны моряка просто рассчитывают его вчистую, без шума и пыли, в редких случаях ограничиваясь заметкой в формуляре «не подлежит дальнейшему трудоустройству в компании».

Чем и плодят в среде накосячивших работяг смутные надежды, что они, накосячившие, при таком раскладе получают право дополнительно компанию ощипать. За проявленный либерализм. Например, такой случай.

При заходе на большой датский остров сухогрузик удобного флага садится на грунт прямо в гавани. Власти оформляют задержание судна по всей форме, капитан порта заявляет, что причина случившегося – человек, который не учел силу ветра и не успел отдать якорь.  Тут же судовладелец из Риги расторгает контракт с русским капитаном. Но и сам русский не сидит на месте. Наш человек вызывает на борт инспектора МФТ и тот обеспечивает ему зарплату с авиабилетом. Потом наш человек связывается с местной газетой и сообщает ей причины, по которым он не виноват в аварии. У них там, в Дании, вход в гавань оказался слишком узким, а зона для маневра была ограничена слишком большой баржей. Внезапно подул слишком сильный ветер, и при отдаче якорь неожиданно не смог удержать судно.

Короче, не виноват наш золотой человек. Это всё волны, чайки и судно.

И вот спустя две недели с момента происшествия бывший капитан предъявляет компании кучу материальных претензий. Здесь и выплата в размере двух окладов за досрочное прекращение трудовых отношений (хотя списание по причине «косяка» не предусматривает нотиса и букета цветов). И даже заявлена претензия на недоплату какой-то премии «за безлоцманскую проводку судна».
Блин, вследствие оказанной услуги судно сидит на грунте, у компании – куча расходов, а у нашего человека – пожелание насчет премирования.

Кстати, затеяв переписку с судовладельцем, мы получили заявление, подписанное экипажем: «Большое спасибо за смену капитана такого-то. Его нахождение на борту было большим стрессом для нас всех. Полный неадекват». Стиль вроде искренний, но цену коллективкам все мы знаем.

А вот другое заявление по данному поводу, поступившее в компанию накануне Рождества, посерьёзнее. Здесь матрос (с дипломом технического ВУЗа) пишет, что капитан совместно с другим судовым офицером организовали контрабанду алкоголя и сигарет в составе экипажа. Если судно шныряет через Кильский канал, где через шипшандлера льготно можно купить указанные товары, затем раздать их на временное хранение членам экипажа, а в ближайшем порту собрать и реализовать скупщику, то жить можно. С профитом в 200-300% в свою пользу, с мелкими же подельниками можно расплатиться пузырем, правом на пьянку, либо тем, что ты их просто прощаешь за пьянку предыдущую.

Такой спитый коллектив является мечтой для некоторых судовладельцев, которым шибко грамотные не нужны (почему, поясним ниже).А матрос-заявитель оказался независимым, от участия в бизнесе отказался, и вообще не пил.
Поэтому при заходе судна в Лиепаю, капитан с другим офицером на пару пригласили матроса прогуляться. Вследствие такое прогулки, он оказался избитым, с загранпаспортом в луже и с пожеланием на судно не возвращаться.

Матрос пишет, что, будучи членом семьи офицера ВМФ РФ, служившего в Латвии, не рискнул, в синяках и крови, обращаться в полицию. Была ночь, телефон компании не отвечал, и поэтому он уехал в Калининград, где на следующий день подтвердил свою версию медосмотром на алкоголь и актом из Бюро судмедэкспертизы.

Вот какое заявление поступило к судовладельцу перед Рождеством и осталось без движения. Формальная причина, что лица, обвиненные избитым, представили свою версию. Мол, они втроём сидели в кабаке, а потом пострадавший сам куда-то делся.

Интересно, что часть экипажа под этой версией подписалась. Мы же говорили, что «коллективкам» цена известна. Короче, судовладелец поддержал своего капитана и судно с шаткими моральными устоями и неясно каким грузом на борту продолжало путешествовать.

Потом грянуло 30-е января, известный заход в датскую гавань, и тут судовладелец капитана не простил. А в обратку получил с его стороны тотальную войну.

То есть, письма и обращения от бывшего «представителя судовладельца» хлынули не только в окрестные инспекции МФТ. Сигналы с обвинением в принуждении заниматься контрабандой получили правоохранительные органы ФРГ и Дании.

Кеп даже затеял переписку с таможенниками ФРГ, пообещав предоставить доказательства, которых нет, потому что «моряки компании запуганы криминальными менеджерами и боятся».

С чего он так разбушевался, непонятно. На момент списания кеп, в присутствии инспектора МФТ, получил полный расчет, обусловленный колдоговором. Никаких вычетов, ноль удержаний и плюс авиабилет до родной Москвы.

Судовладелец почему-то даже не попытался применить действующий колдоговор МФТ в защиту своих прав насчет материальной ответственности. Странный «криминал», стерпел, утёрся, а через какое-то время огрёб ворох дополнительных претензий!

Короче, компания из Риги с русскими корнями и под удобным флагом оказалась чересчур гуманной.

По сравнению с судовладельцами другими, которые морякам «косяков» не прощают. И как это происходит, читайте в продолжении...
 

Вадим Мамонтов

20.02.2018