Калининградская региональная организация российского профсоюза моряков

Опоздали с Российским Международным реестром судов

- К сожалению, трудно разделить оптимизм о возвращении российского флота в родные пенаты. Если говорить о бесправных моряках, то данные о них цифры просто не соответствуют действительности, - сообщает он. - Николай Михайлович, на чем основаны эти утверждения? - РПСМ всегда владел и владеет информацией о работе россиян на иностранных судах. И мы можем с полной ответственностью заявить, что под удобными флагами их работает около 40 (а не 80) тысяч человек. Из них 35 тысяч находится под защитой коллективных договоров Международной федерации транспортников (МФТ), членом которой является и РПСМ. Эти договоры гарантируют зарплату матросу первого класса 1500 долларов, капитану – 5000. Поэтому говорить можно только о пяти тысячах моряков, которые действительно находятся в бесправном положении. Они, бесспорно, пойдут работать на суда под российским флагом. Ведь им, как пролетариату, нечего терять. А вот остальные, находящиеся под защитой МФТ, вряд ли. - Почему? - Потому что в Законе о Российском международном реестре судов нет ни строчки, ни слова об условиях труда и оплаты моряков, об их страховании. Почему-то правительство додумалось застраховать всех автовладельцев, а обязать судовладельцев сделать это по отношению к морякам, которые работают в более экстремальных условиях, чем водители, нет. Предложения, которые внес РПСМ в Минтранс и Госдуму, когда обсуждался проект Закона, были отклонены и сегодня никому не понятно, как будут строиться взаимоотношения судовладельца и моряка. Ясно одно, российскому работодателю дают полную свободу и он, скорее всего, воспользуется российской системой оплаты труда, многократно отличающейся в сторону уменьшения от международных норм. - Иными словами, будет жестко эксплуатировать тех, кому, как вы сказали, нечего терять?

- Да, но среди них практически нет высококвалифицированных кадров. Если взять флот под удобным флагом, который ходит на Дальнем Востоке на Японию и перевозит лес, то в основном на нем работают не профессиональные, не в обиду им сказано, моряки. Одни еще только нарабатывают опыт, вторые уже достигают пенсионного возраста, третьи имели серьезные нарушения, и их убрали с больших линий. Именно эти люди в первую очередь пойдут на суда под российским флагом. А это значит, что российский флот не сможет конкурировать не только с судами высокоразвитых стран, но и с поднявшими «удобный» флаг, потому, что судовладелец подписывает соглашение с МФТ на оплату труда по международным ставкам, и к нему идут моряки, способные обеспечить и безопасность мореплавания и конкурентоспособность. На судах Российского международного реестра этого не будет. - Игнорирование в Российском международном реестре условий труда и оплаты веская причина того, что заявленное министром количество судов не перейдет под российский флаг. Но, наверное, есть и другие причины? - Их немало. Начнем с того, что только регистрация в российский международный реестр судов стоит в десять (!) раз дороже, чем, например, в панамский или монгольский. Судовладельцы, не имеющие никаких отношений с МФТ, это, в основном, мелкие фирмы, владеющие доживающими свой век судами 25-30-летнего возраста. Разве пойдут они на такую дорогую перерегистрацию? Им выгоднее оставить все, как есть.

Они даже думать не будут о Российском международном реестре. Впрочем, по его условиям такие суда и не могут быть в нем зарегистрированы. - Но за рубежом ходят и более молодые суда, строятся новые. Как с ними обстоят дела? - Слава Богу, Закон о Российском международном реестре судов снял налог на имущество. Этот налог был одной из причин поголовного ухода в начале 90-х российских судов под удобный флаг. Построив судно за рубежом, к примеру, за 60 миллионов долларов, и подняв на нем российский флаг, судовладелец должен был заплатить около 18 миллионов долларов налога на имущество, ввозя его в Россию. Сейчас появилась возможность перевести судно под российский флаг без таких огромных затрат. И надо думать, что некоторые судовладельцы так и сделают. Но, опять же, кто пойдет на эти суда? Сейчас в мире идет бум строительства флота и потребность в квалифицированных кадрах очень большая, ощущается недостаток командного состава. Наши люди уже попробовали большие деньги, имеют опыт работы на иностранных судах, подняли уровень знания английского языка. Фактически мы бесплатно подарили миру огромное количество опытных квалифицированных моряков, которые не вернутся на российские суда, если судовладельцы не повысят оплату труда до международного уровня. Но это им не выгодно. А самое главное, что, подняв российский флаг, владельцы судов больше не смогут строить новые суда. - Почему? - Да потому что ни один иностранный банк не давал и не даст кредитов под строительство нового флота под залог судов российского флага. Кстати, это тоже была оправданная причина ухода под удобный флаг, который давал возможность строить новые суда. - Но кредиты можно брать и в российских банках. - К сожалению, российская банковская система очень отстала от существующей мировой. Фактически она не готова и не способна работать в шиппинге, то есть в морском судоходстве. Здесь еще нужно делать большие преобразования. - Хорошо, в общем вы доказали, что 700 судов не перейдет под российский флаг. Но ведь не с потолка взял министр транспорта эту цифру? - Конечно не с потолка. Перед тем как принять Закон Минтранс запросил девять пароходств и мелкие компании. И в итоге получил подтверждение о переводе под российский флаг такого количества судов. Но тогда подразумевалось, по крайней мере, изменение банковской системы.

Этого, увы, не произошло, и судовладельцы отвернулись от Российского международного реестра. Да и собирались эти сведения еще два года назад. А вообще прошло уже с десяток лет, как идут разговоры о Реестре. В общем, когда Закон был подписан, судовладельцы заявили: «Извините, вы опоздали». - Когда же, по вашему, нужно было принимать Закон о Российском реестре? - Когда начался массовый отток российского флота под удобный флаг ради уменьшения налогового бремени . Такие крупные российские морские пароходства, как Балтийское, Камчатское, Сахалинское, разделились на множество мелких компаний. Ситуация осложнялась тем, что произошло множество финансовых реформ. В такой экономической неразберихе флот фактически не мог выжить. Уход под удобный флаг был оправдан в первую очередь тем, что нужно было сохранять рабочие места и флот. Это как раз и было то время, когда нужно было создавать свободные экономические (оффшорные) зоны для российского флота. Мы упустили время, фактически опоздали с Российским международным реестром. А идея его создания витала уже тогда, в начале 90-х. И главное, она не была новостью, а уже апробировалась на флотах других стран. - Что мы потеряли, не приняв Реестр в то время? - Достаточно сказать, что до 90 годов в СССР существовало 17 пароходств, в наличии которых было 1500 судов, общим тоннажем (дедвейтом) 18 миллионов тонн. Мы занимали четвертое место в мире по количеству судов и по тоннажу. Сегодня Россия имеет девять пароходств, у которых всего 200 судов общим дедвейтом 2,6 миллиона тонн. Мы говорим о крупных пароходствах. Конечно, вместе с мелкими частными компаниями судов больше, но все равно получается, что Россия потеряла лидерство в морском судоходстве. И сейчас только пять процентов мировых перевозок приходится на российские суда. - И все же, пусть с огромным опозданием, но Российский международный реестр судов принят. Есть же в этом какие-то положительные моменты? - Как я уже говорил, снят налог на имущество. В самый последний момент перед принятием Закона был решен вопрос о том, что судовладельцы могут страховать суда в иностранных банках. Кроме того, теперь проще будут решаться многие юридические моменты. Но этого мало для того, чтобы судовладельцы в массовом порядке стали регистрировать свои суда в Российском международном реестре. В нем для них пока нет достаточной привлекательности.

Корреспондент газеты «Труд» Дмитрий Латыпов город Находка 25 января 2006 года

 

30.01.2006